1

Уже прошедший, 2014 год можно охарактеризовать «взрывом» моды на все, произведенное в Украине/тематически связанное с  ней. Кинематограф не стал исключением: благодаря разнообразным грантам, пожертвованиям меценатов и, так уж и быть, определенной финансовой помощи со стороны Госкино, были выпущены сразу два украинских фильма, которые, безусловно, привлекли внимание публики – «Племя» и «Поводырь». Рождается надежда, что эти премьеры не окажутся единичными случаями, а знаменуют своим появлением целую новую эру в истории украинского кинематографа, который знавал и лучшие времена, чем сейчас.

Пока волна интереса к украинскому кино не пошла на спад, PULSE ловит момент и совершает экскурс в историю нашего кино, и эта статья – начало небольшого цикла. Нам кажется, что не только премьеры, но и классика мировых (!) кинофондов родом из Украины (однако на родине малопопулярна, ибо, как известно, нет пророков в своем Отечестве ), достойна вашего внимания.

«Поле, обмотанное колючей проволокой. Серое небо. Взрыв.
В хате пустота — только женщина, у которой опустились руки и выцвели глаза.
Ой було у матері тай три сина…
Движется поезд. Плывут пейзажи. На платформе спят трое солдат Все равно, где им спать.
Проволочное заграждение. Окопы. Медленно ползет к окопам тяжелое, газовое облако.
Выцвели у матери глаза. Тишина в хате.
Газовое облако вползает в окоп.
Небо в дыму.
Була война…
За селом пески. Одинокая хата — не вернутся в нее ни сын, ни внук.
На улице три женщины. Каждая — одна. Тихо движется калека на быстрых костылях. Спешит босой ребенок.
Одинокая женщина давно стала у ворот и думает. Проходит стражник. Постоял, посмотрел, пальцами потрогал иссохшие груди и пошел вон. Женщина стражника не видела. Не заметила.
Тай нема у матери трьох  синів…
Поле. Сеет старая мать. Мешок с зерном тянет ее книзу…»

1911 годом датируется первый полноценный украинский фильм «Запорожская Сечь», снятый Даниилом Сахненко в Екатеринославе (ныне Днепропетровск). После огосударствления всевозможных кинопроизводств, последовавшего за приходом советской власти, развитие кинематографа лишь продолжило наращивать обороты – чего только стоит «Броненосец «Потемкин»» Сергея Ейзенштейна, который неоднократно в разные годы признавался лучшим фильмом всех времен и до сих пор остается визитной карточкой города в цветущих акациях. К уже существовавшим на тот момент одесскому и ялтинскому предприятиям, в 1928 году была добавлена легендарная киевская киностудия им. А.Довженко.

unnamed

Все, что сказано до этого – лирика, просто пару вступительных слов о том, откуда растут ноги украинского кино, насколько это давняя и масштабная область. Но вышеперечисленные картины ты не посмотришь, а если посмотришь (и может даже будешь ахать и хвататься за сердце) то лишь из уважения к их древности, относясь к ним скорее как к историческому артефакту, чем как к произведению киноискусства.

Читай также: Исходил я на «Исход»

Безусловно, последняя указанная в тексте фамилия не может просто «вскользь упоминаться» в статье, посвященной украинскому кино. В любом искусстве и научной области, как и в религиозных течениях, существуют свои «пророки». С религиями проще – у верующих есть единственный и неизменный Будда, Христос, Мохаммед, в науке – сложнее (встречаются «одновременные» открытия, когда не ясно толком, какой именно ученый первым совершил определенный прорыв; известны случаи «заимствования» идей, их откровенной кражи, а также «трансформации» — к примеру, европейцы привезли из Китая рецепт пороха явно не для тех же целей, для которых его столетиями использовали китайцы – а именно для создания салютов). Однако в искусстве все обычно настолько спутано – тем, кто под влиянием кого (или чего) находился, когда рисовал/писал/лепил, кто кого на что вдохновлял и кому первому пришла в голову определенная мысль, —  что обычно в учебниках и энциклопедиях ограничиваются формулировкой «родоначальником считается».

«…Сидит царь. Сидит царь за царским столом. Царское чело осенено мыслями.
Сеет мать. Мешок с зерном тянет ее к земле. Уже нет сил держаться. Падает.
Думает царь.
Рабочий у станка. Закрыл глаза. Глубокое раздумье.
Царь пишет.
«Убил  ворону. Погода  хорошая».
Пишет царь, подписывается:
«Ники».
Лежит на иссохшей земле мать.
Царь посидел, подумал, поставил точку, покрутил ус.
Лицо матери покрыто потом.
Поле. Рожь. Во ржи, черным пятном закрывая небо, стоит жандарм.
Военный завод.
Поле. Чахлая рожь. Заросший, с воспаленными глазами, худой, безрукий инвалид ведет худого коня. Стали.
Стали и посмотрели друг на друга.
Редкие, сухие колоски.
В избе. Мать. Стоит. У ног дети с надувшимися животами.
Дети’ кричат, плачут, требуют. Мать стоит неподвижно.
Поле. Стоит муж, солдат-инвалид.
Стоит мать. Плачут дети.
Нагибается солдат и вырывает маленький, жалкий колосок.
Посмотрел.
Плачет ребенок.
Резко повернулся инвалид-солдат. Взял повод в зубы и в тупом отчаянии начал бить коня.
В таком же состоянии бьет мать ребенка.
Бьет озверелый солдат коня.
Бьет мать двух детей.
Бьет коня безрукий.
Рванулся конь. Упал безрукий на землю.
Плачет у печки ребенок.
Стоит конь. Лежит опустошенный вспышкой инвалид.
Молчание. Солдат тяжело поднялся. Говорит конь солдату:
«Не  туда  бьешь,  Иван».

Но иногда и в искусстве встречаются свои Мессии. Был Шевченко, который по крупицам создал украинскую речь, продемонстрировав, что на ней стоит не только общаться, но и писать, и что писать! Восхитительную поэзию, мелодичную, гармоничную  - да-да, все это возможно на языке «низшего» сословия, языке крестьян и крепостных. Был Моне, который решил, что гладко причесанные и детально прорисованные пейзажи не для него, накапал краски на холст, раскатал ее пальцами, чем полностью перевернул мир живописи и предопределил ее эволюцию в ХХ веке.

И был Довженко. Поэт своего края – страны не скажешь, неудобно употреблять такое формалистское, негибкое слово «страна», когда говоришь о его творчестве. Человек с удивительной судьбой, который вырос в настоящем украинском селе, потом с такой нежностью и тоской описанном им в «Зачарованной Десне», он то ли поддерживал КП, то ли боролся с ней, какое-то время был учителем, после дипломатом, поговаривают – даже шпионом, потом художником и карикатуристом. А в 32 года сделался неким «голым человеком» (по его же словам): решил все в одну ночь и все покинул – работу, квартиру, Киев, — чтобы отправиться в Одессу и там начать заново жизнь – жизнь режиссера.

unnamed (1)

Можно смело отбросить в сторону первые «пробные», «подражательные» работы мастера, на которых он лишь набивал руку, осваивал технологию и формальные приемы нового для него искусства. Первая поистине довженковская вещь – картина «Звенигора».  «Звенигору» мы сейчас назвали бы артхаусом; это такая себе образная кинохроника 1000-летней истории Украины, исполненная войн и борьбы. Сквозь все эти картинки объединяющим символом проходит образ Деда, который стремится найти счастье – клад, закопанный в горе Звенигоре, но оно, как горизонт – все время немного впереди. В принципе, дед – это украинский народ, и все его горести и испытания символизируют сложный путь нации.

Не забываем, что фильм снимался в советское время, поэтому естественно, что в последних кадрах дед едет в поезде вместе с молодыми, веселыми (так и подмывает сказать многообещающими) студентами, пьет чай и всем своим существом стремится в светлое коммунистическое будущее. Перегруженность метафорами и аллюзиями, нечеткая композиция, отсутствие знаний среднестатистического зрителя о исторической основе картины привели к тому, что фильм совсем недолго шел в прокате. Тем не менее, «Звенигора» представляет собой нечто очень важное, в какой-то мере пророческое: лента интересна и ясна нам, смотрящим ее через 70 лет; а в то время фильм стал дебютом Довженко-режиссера, который и в условиях советской цензуры умудрялся творить не так как все.

Сценарий для «Звенигоры» принадлежал не Довженку, но был настолько видоизменен режиссером, что авторы официально отказались от своей причастности к конечному результату. Следующий фильм Александра Петровича был поставлен уже по его собственному сценарию. Из сферы лирики и образности художник ступил на небезопасный, но такой важный для него путь политической тематики — в «Арсенале», таком же фрагментарном, что и «Звенигора», но гораздо более цельном произведении, Довженко впервые показал себя этаким поэтом-гражданином. Сюжет — скорее набор разрозненных историй с претензией на документальность, объединенных хронологией и образом арсенальца Тимоша, который проходит через всю картину — повествует о периоде с времен Первой мировой войны и до подавления контрреволюционных восстаний в Киеве работниками Арсенала. Тимош не является по сути персонажем, с определенной индивидуальностью и характером, он скорее символ рабочего класса Украины во времена его формирования, его эволюции на пути к статусу правящего класса. Существуют оценки его образа как «близкого зрителю» и лирического, однако в контексте ХХI века эмпатия с персонажем достигается с трудом. Картину безусловно стоит смотреть, как киноучебник по истории, как увлекательную повесть о тех страшных, горючих временах, которые переживал наш народ, и которые именно с точки зрения народа — его языком, образами, метафорами, чего до Довженка не делал никто! — показал режиссер.

unnamed (3)

Последний немой фильм Довженка — «Земля» — уже имеет стройный сюжет, он был более понятен широким массам, чем предыдущие две картины. Простой пересказ событий тут не даст читателю представления о том духе земли, о той эстетической силе народа, которую сумел изобразить режиссер. Единственный совет перед просмотром — попытайтесь не обращать внимания на исторический контекст, поскольку фильм вовсе не констатирует банального и очевидного постулата «обреченности всего старого перед лицом всепобеждающего нового». В нем много любви, трагедии, красоты и сознания своей человеческой немощности перед лицом вечной и величественной природы. В общем, смотрите обязательно.

Следующие работы режиссера «со звуком» во многом спорны. Стоит смотреть «Ивана» — оду грандиозному строительству Днепрогэса, «Аэроград» — историю с вымышленным сюжетом, однако все с той же неизменной идеей победы социалистических идеалов.

Довженко в них безусловно верил, однако великий режиссер был далек от тупой неизящной пропаганды, которыми наполнила его последние фильмы «Щорс», «Мичурин», «Прощай, Америка!» цензура, поэтому называть их поистине его произведениями как-то неправильно. Заслуживают внимания его замечательные документальные фильмы военных лет и бесконечно жаль, что сценарий «Украины в огне» так и не был утвержден «наверху» и запущен в производство.

«Мчатся кони. Мчат лафет с телом мертвого бойца.
Летит орудие.
Летят дали.
Летят по снежным степям трудовой Украины.
Мелькают снежные леса.
Кричит всадник-боец:
— Гей вы, кони наши боевые!
Летят кони.
Поспешайте хоронить товарища нашего… Летят кони.
— Мертвого бойца революции!
Летят кони.
— Чуем…
— Чуем, хозяева наши!
— Летим во все наши двадцать четыре ноги!
Кричат кони на лету.
Летят деревья.
Летят столбы.
Летит мертвый товарищ боец на лафете»

Довженко многого не успел и не смог — но то, что ему удалось, как честному и необыкновенному поэту своей Земли и своего народа, само по себе удивительно. Он располагал огромным багажом и, главное, любовью к тому, о чем писал; может, он просто оказался в удачное время в нужном месте, имел возможности, которыми не располагались другие, так же влюбленные в свои края художники; однако именно Александр Довженко стал мессией украинского кинематографа, тем Человеком, Которому Удалось. Нам остается лишь молча испытывать благодарность за то, что так встали планеты и сложились карты, что мы через столько лет можем смотреть его глазами по сторонам и так же, как и он, преисполняться любовью к покалеченной, измученной, красивой, родной стране. До него никто языком кино так изящно и убедительно не признавался ей в своих чувствах.

unnamed (2)

На фильмах Довженко нужно воспитывать своих детей, учить их истории. На них уже выросли целые генерации кинематографистов, ими вдохновлялась всемирно известная школа украинского «поэтического кино», о которой мы расскажем несколько позже. А пока предлагаем нашим читателям насладится его фильмами — вдумчиво и в кругу семьи.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Аля Даруга
Автор Аля Даруга

facebook.com/oleksandra.daruga

Оставить комментарий